Информация о проведении экскурсий и занятий в музее Подробнее
Выставка

Город и люди. Москва в графике ХХ века

Новая Третьяковка, Крымский Вал, 10, залы 21–22
11 октября 2017 28 января 2018
А.А. Дейнека. Площадь Свердлова. 1941–1946. Серия «Москва военная»
Бумага, гуашь, темпера, уголь. 67 х 81,7. Третьяковская галерея
А.В.Куприн. Фили. Кутузовская церковь. 1921
Бумага, графитный карандаш, гуашь. 53,4 х 48. Третьяковская галерея
Т.А. Лебедева. МОГЭС ночью. 1932
Бумага, акварель. 31,7 х 44,2. Третьяковская галерея
Т.А. Маврина. Кадаши. Москва. 1944
Бумага светло-серая, тушь, перо, акварель, белила. 20,3 х 14,3. Третьяковская галерея
В.Н. Сигорский. Крымский мост. 1958
Бумага, гуашь. 33,7 х 59,5. Третьяковская галерея
З.В. Куликова. Строительство Охотного ряда
Бумага, офорт. 68,8 х 63,2. Размер изображения: 52,2 х 35,7. Третьяковская галерея

Выставка продолжает серию показов графических работ из запасников Третьяковской галереи.

На этот раз она приурочена к 870-летию столицы и вместе с выставками «Москва сквозь века» и «Сохраненные святыни Москвы ушедшей», уже открытыми для посещения в Инженерном корпусе, является частью большого разностороннего проекта. Экспозиция, представленная в Новой Третьяковке, охватывает период с 1920-х до 1980-х годов. Многие произведения демонстрируются впервые.

Именно графика как наиболее оперативный вид изобразительного искусства, способный передать многие детали и нюансы, смогла полнее всего отразить ту трансформацию, которую город претерпел на протяжении ХХ века с его как разрушительными, так и созидательными тенденциями.

Облик Москвы начала 1920-х годов — это не только известные памятники старины, зарисованные А.В. Куприным и А.В. Лентуловым, но и виды улиц и панорамы города в графических сериях В.А. Фаворского и Н.М. Чернышёва. Тогда столица была полуразрушенным перенаселенным городом, и графика как вид искусства в силу своей камерности и наибольшей близости к повседневности смогла правдиво отразить жизнь простых людей. В серии А.Ф. Софроновой «Типы улиц» (1924–1925) появляются уникальные сцены быта москвичей того времени. То новое, что возникало в облике столицы — радиобашня Шухова (1922), мавзолей В.И. Ленина (1924–1929), многократно становилось предметом изображения. А.И. Кравченко, М.А. Маторин, В.А. Фаворский на своих листах запечатлели стадии возведения этих известных сооружений.

В начале 1930-х годов в рисунках и гравюрах возникла тема новой Москвы с ее расширяющимися магистралями, многочисленными старыми и новыми мостами. Художников привлекали возводимые на глазах москвичей масштабные проекты — здание Совета труда и обороны (ныне Государственная Дума), гостиница «Москва», кинотеатр «Ударник», а также Центральный парк культуры и отдыха, которому в 1932 году было присвоено имя А.М. Горького. Такие мастера, как Д.Б. Даран, Н.В. Кузьмин, А.А. Лабас, Т.А. Лебедева, пытались передать ускоренный ритм московской жизни с помощью приемов острого динамичного рисунка и повышенного светотеневого контраста. В листах Б.А. Зенкевича, посвященных строительству первой линии столичного метро, возникла тема невероятно тяжелого труда, преобразующего подземный мир в нечто прекрасное и доселе невиданное.

Осенью 1941 года Москва стала прифронтовым городом. Ощетинившаяся аэростатами столица представлена в гравюрах И.А. Соколова и в широко известных графических листах А.А. Дейнеки, выполненных в послевоенное время, но правдиво отразивших реалии 1941 года. Художники черпали вдохновение не только в сумрачной суровости сцен обороны Москвы. В печатных листах И.Н. Павлова из серии «Старая Москва» (1944–1947) возникли образы прошлого столицы, ее духовной и физической крепости. В небольших работах Т.А. Мавриной образ Москвы сопрягается с характерным для художницы праздничным восприятием окружающего мира, яркие краски которого она находила даже в трудные годы войны.

Образ послевоенной столицы в рисунках художников исполнен особого старомосковского уюта. В произведениях Б.П. Чернышёва, К.К. Купецио, В.Н. Сигорского возникают картины возвращения города к мирной жизни. Изображения старых любимых уголков Москвы, ее улиц и площадей, то тихих, то многолюдных, несомненно, дарили современникам ощущение радости и тепла.

Виды Москвы у мастеров эпохи оттепели приобрели своеобразный «широкоугольный» ракурс. Именно тогда город начал неуклонно расти. В поле зрения как мастеров старой формации (С.Б. Никритин), так и художников новой волны (Г.Ф. Захаров, Г.В. Черёмушкин) все чаще попадала обновляющаяся столица с толпами москвичей, исполненных энтузиазма и надежд на перемены. Настоящее и будущее представлялись в образах геометрической ясности и одновременно весенней свежести и новизны. К концу 1960-х эйфория «оттепельного» времени постепенно угасла, и если иногда возникал образ московского многолюдия, как в известной литографии В.Н. Вакидина «На выставке» 1979 года, то автор обнаруживал его на художественных показах, которые были характерной приметой времени.

В 1970-е годы Москва, становясь конгломератом разнородных территорий, постепенно ушла из поля зрения художников как некое целое. В творчестве В.Г. Вейсберга, В.С. Алфеевского, А.Д. Максимова появились темы, связанные с изображением отдельных уголков столицы и их жителей. Редкий собирательный образ города возник в 1980-е у Б.Ф. Рыбченкова: в туманной дали он изобразил квартал, составленный из девятиэтажек брежневского времени. К концу советской эпохи уже и такая Москва становилась «уходящей натурой».


Cайт использует файлы cookie. Если вы не против, просто продолжайте им пользоваться
Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×